ernest hawkworth, 50+
｢судья Визенгамота, michael sheen например｣

Эрнест всегда был человеком системы. Пока другие мальчишки лупили палками крапиву и выясняли, кто дальше сморкнется, его хобби было водить поезда категоризировать что угодно, и он был в этом хорош.  Любой хаос можно привести к общему знаменателю, вычистить лишнее и оставить красивую чистоту ясности и порядка. Родись он среди магглов, стал бы блестящим математиком. Волшебникам такие не требуются, и Эрнест довольствовался косыми взглядами родственников, славой безобидного чудилы среди сверстников и превосходными отметками по всем предметам, кроме травологии и УЗМС. Взаимодействие с живой природой всегда выбивало его из колеи. Как, собственно, и с людьми - проживание в одной спальне с несколькими однокурсниками давалось ему непросто, и он не мог дождаться, когда наконец съедет и поселится в уединенной мансарде дома, оставленного ему покойной тетушкой. Весь дом ему не был необходим, как и сад вокруг, а вот возможность жить одному, за исключением нескольких домовиков, читать и работать в свое удовольствие виделось ему раем. Пока он случайно не встретил Элеонор. Через минуту после их столкновения возле стеллажа со словарями в библиотеке его раем стала ее легкая картавость, ямочка на левой щеке и каряя точка на зеленом зрачке. Эрнест сам от себя такого не ожидал - в его идеально спланированном будущем было место для него одного, но в Элеонор оказалось ровно столько хаоса, сколько ему, как выяснилось недоставало все эти годы.

Кроме того, она очень любила садоводство.

Свернув с намеченного пути однажды, Эрнест уже на него не возвратился - вместо уединенного труда ученого он поступил на службу в Визенгамот. Его дотошность и умение превратить в четко работающую, слаженную систему хаос делопроизводства, а также периодическая смертность вышестоящих, двигали его по службе вверх порою вопреки его желанию.

Элеонор занималась садом и была счастлива. Он был счастлив, что она счастлива.

К сорока годам Эрнест обнаружил себя судьей. Это не входило в планы, но даже в хитросплетениях юриспруденции он мог разобрать четкую систему, разложить какой угодно клубок слов и понятий на черное и белое, красное и холодное, и в этом была его сила, как и в том, что он всегда видел слова и понятия почти никогда - человека за ними. Он слыл абсолютно беспристрастным сухарем среди коллег и подсудимых, но не от душевной черствости, а потому что его единственными советчиками и авторитетом были Система и Закон. Вынеся приговор согласно им и сняв напудренный парик, он отправлялся в дом с садом и мансардой, пить чай с бубликами и слушать рассказы Элеонор о сохнущих туберозах и обеспокоенно качать головой, потому что ее это беспокоило. 

А потом что-то поменялось. Эрнест продолжал служить Министерству, когда оно начало служить чему-то другому, потому что за его пределами количество хаоса выросло до возмутительных пределов. Эрнест продолжал ходить на службу, когда привычный мир вокруг рушился. Продолжал ходить на службу, пока сменялись министры, государственный строй и линия партии. В день, когда Элеонор погибла, став сопутствующим ущербом от столкновения двух враждующих сил, в день, когда хаос, бывший ее другом, ее убил, Эрнест оплакал ее, похоронил в ее любимом уголке сада под вишнями и снова пошел на службу.

Он обосновался в мансарде, оставив дом и сад на откуп ветрам, времени, насекомым и разрушению. Засохшие туберозы вызывали тупую боль в груди слева, она длилась ровно четырнадцать минут двадцать секунд, а потом проходила. Эрнест ходил на службу мимо них каждый день и не думал менять маршрут.

О новой жене с ним заговорили осторожно и деликатно, с намеком, что женатому господину гораздо проще будет получать карьерные блага и дальше. Эрнест эти разговоры вежливо игнорировал. А потом встретил Лаванду.

Количество хаоса в ней превышало допустимое. Слова в ее досье были достаточно однозначными, чтобы ее отмести. Жизнь в мансарде до момента, пока он не ляжет рядом с Элеонор в тенистом уголке под вишнями были надежным планом.

"Оборотень, еще из фанатов Поттера, зачем вам это отребье?" - сказали ему. "Я могу позаботиться о вашем саде", - сказала она. "Спасите мою дочь", - сказала ее мать.

Сад и правда стоило спасти.

дополнительная информация: можно сказать, что Эрнест внезапно разглядел за словами в досье человека. А может, кризис среднего возраста никого не щадит. Короче, у них с Лавандой очень устойчивый, крепкий и надежный брак, основанный на чудесном принципе - они друг другу не мешают. Он не мешает ей приводить в порядок сад и дом - наследие первой жены. Она не мешает ему ходить на службу, читать и каталогизировать все, что попадется под руку, потому что в это темное время каждый справляется как может. У них конечно же нет ни любви, ни неприязни - снисходительное приятельство и вежливый интерес к тому, как прошел день. Все их общение сводится к ежедневному файв о клоку и периодическим выходам на разные там события, где предполагается быть с супругой. Во что и куда это разовьется - увидим. Его политические убеждения можете интерпретировать как вам угодно, но вообще я себе представляю его человеком системным, конформистом, но способным к эмпатии, пусть и в экстраординарных случаях.

Victoria Clément., 40-46 лет
｢хозяйка салона "Мадам Клеман" , kristin scott thomas｣

Виктория Клеман, известная меценатка, хозяйка салона «Мадам Клеман», супруга кавалера Ордена Мерлина второй степени Гилдероя Локхарта.

Одна из самых элегантных и скрытных фигур современного магического общества. Её жизнь пример редкого сочетания личного достоинства и тонкого вкуса, сформированного в культурных традициях Старого и Нового Света.
Свою юность Виктория провела в Европе, получив классическое магическое образование в Шармбатон и рано проявив интерес к искусству и светской культуре. В начале взрослой жизни она некоторое время жила в Соединённых Штатах Америки, где вышла замуж за Натанэля Уэстмора — представителя одной из старейших чистокровных магических семей Новой Англии, финансиста и консультанта трансокеанских магических фондов.
Этот брак трагически оборвался в 1986 году, мистер Уэстмор погиб в результате несчастного случая, связанного с нестабильностью портальных чар. После его смерти и громкого судебного процесса сопровождавшего раздел имущества между родными покойного, Виктория вернулась в Европу, предпочтя на какое-то время уединение от публичности.
Спустя три года она вступила во второй брак  с французским магом Себастьяном де Лорреном, известным коллекционером магических артефактов, покровителем художественнвх искусств и видным представителем салонной культуры континентальной Европы. Этот союз оказался долгим и гармоничным. Именно в эти десять лет  Виктория утвердилась как тонкий знаток этикета, искусства общения и организации закрытых интеллектуальных собраний. После продолжительной болезни де Лоррен скончался, оставив супруге не только значительное состояние, но и широкий круг культурных и дипломатических связей.
Выбрав Англию в качестве нового центра своей жизни, в 2001 году Виктория основала в Лондоне салон «Мадам Клеман»*, быстро ставший одним из самых изысканных пространств для встреч представителей магической элиты, художников, писателей и общественных деятелей.
Её третий брак  с Гилдероем Локхартом, знаменитым путешественником, писателем и героем множества бестселлеров, заключенный в 2004 году, оказался заметным событием светской хроники. Союз двух ярких личностей привлёк внимание общественности и прессы, объединив (почти)безупречную репутацию хозяйки салона с харизмой одного из самых узнаваемых магов современности.

*По слухам, среди постоянных гостей  проводятся встречи и игры с элементами эротических и дисциплинарных практик, о которых предпочитают говорить лишь намёками

дополнительная информация:
♥ биография в целом менябельна, но хотелось бы оставить меня в качестве третьего или даже пятого мужа и владение салоном.
♥ не думал поначалу вводить супругу в игру, однако, мне тоскливо, думаю, мы могли бы скрасить будни друг друга как хорошей ссорой, так и разговорами по душам.
♥ вероятно, ты подкидываешь мне идеи для романов и статей, ведь сплетни стекаются к тебе со всей Англии!
♥ сочувствуешь ли ты сопротивлению или же всем сердцем за идею и режим, решать тебе
♥ не думаю, что мы делим постель... что для нас не является проблемой.

ну и главное, пишу до 6000 обычно, птицу использую, но от вас того не требую, в целом я открыт ко всему, посты отдаю по штуке в неделю, пинабелен.